Эхо друг друга…

13.09.2015

345.jpg

Так получилось, что своего будущего  мужа я не увидела, а услышала – голос, звук, тембр. И где-то глубоко внутри ему ответило эхо. Помните: «Мы – долгое эхо друг друга». Недавно к нам приезжал друг юности, и мы слушали эту песню. Так и есть. Мы действительно отражаем эту музыку внутри себя, сохраняем её, заставляем звучать дольше, когда признаёмся в любви и создаём семью.  И продолжаем её в детях.

Мы учились любить друг друга

И как бы мы сами ни любили человека, он не принадлежит нам безраздельно. Всё, чем мы реально обладаем – это память звука.

Недавно мы говорили с мужем о том, что поддерживало нас в юности, в лихие 90-е, в те времена, когда одна половина наших одноклассников становилась или бандитами, или банкирами, а вторая половина – священниками. Почему так получилось, что мы не примкнули ни к тем, ни к другим? Почему мы держались дружественно, но отстранённо и строили свой собственный мир, который всё-таки в конце концов победил? Потому что в центр наших стремлений мы поместили семью. Нам было интересно вместе. Это ключевое слово.

Мы росли  с детьми, мы учились любить друг друга, мы открывали для себя огромный и загадочный мир супружества, родительства и веры одновременно, совершенно по-детски. Я очень хорошо помню те времена, когда мы все вместе сидели и читали «Детскую Библию» с цветными картинками, потому что книг по несоветской педагогике тогда не было и духовник посоветовал нам воспитывать детей вот так.

А какое счастье было найти книгу отца Константина (Островского) «Семейное чтение на каждый день»! Первое издание было в четырёх книжках, в тонкой обложке, а иллюстрации – иконы. Очень она нам помогла тогда, эта книжка. Жития святых мы читали, как сказки, они казались ещё чудесней и привлекательней  (мы даже сказки в тот период вообще хотели выкинуть из библиотеки, хорошо, что духовник удержал).

…Учились молиться и поститься

Странное отношение тогда было к деньгам. Мы не зарабатывали деньги ради денег, мы просто работали ради семьи. Муж чем только не занимался, даже АОНы паял в обычные городские телефоны – на продажу. Я репетиторствовала – с огроомным животом, до последнего. Когда подруга рассказывала, что складывает пачки денег в диван, потому что – куда ещё их девать, это воспринималось как беда, а не как счастье. Казалось, что слишком много денег – это как-то неправильно, не нужно, не это главное. Главное – быть вместе, рассказывать друг другу, что случилось за день, придумывать какие-то детские праздники, мастерить к ним поделки и готовить вкусности – проживать всё это.

Мы ездили  в Оптину пустынь и Новый Иерусалим, учились молиться и постились, как умели, но старались не впадать в крайности. Критерием истины было благо семьи. Мы пробовали разные образы жизни, мы примеряли на себя то или другое, жили в мегаполисе и глухой деревне, на севере и на юге, в России и на Украине, но отбрасывали то, в чём чувствовали себя неуютно именно как семья. Жизнь предъявляла нам какие-то задачи, мы решали их вместе – плохо ли, хорошо ли, но вместе. И это позволило нам выдержать и остаться самими собой, не изменить, прежде всего, себе. Потому что мерилом  было то самое эхо. И если сейчас меня спросят, что самое важное для меня в жизни, то я отвечу: мы. Мы все.

Разве дети – гости?

Сейчас много говорят о том, что дети – это гости в семье. Мне смешно. Ничего себе гости! На целые 20 лет ребёнок приходит в нашу жизнь, и это он просто гостит? Нет, он живёт: растёт, развивается, болеет и учится, испытывает новые чувства, делит с нами свои радости и беды. И даже когда он уходит и создаёт свою семью, остаётся опять долгое-предолгое эхо – память и любовь. Нет, я бы не стала называть его гостем. Ребёнок есть ребёнок. Да, мы должны спокойно подготовить его к взрослой жизни и спокойно отпустить, но не как чужого, не как временного пришельца. Он всё равно наш – кусочек нашей жизни, и не такой уж маленький кусочек. Каждый из них.

Поэтому мне не нравится теория супругоцентризма, когда только муж и жена составляют семью, когда только о своём комфорте и самочувствии они должны заботиться. Все эти «полезные» советы из серии: главное – вы двое, а дети подождут... Не знаю. Зачем ждать?! Жить надо – прямо вместе с детьми и жить! Ходить с ними в походы или просто на прогулку, и заряжаться их энергией и жизнелюбием. Пить с ними душистый чай с печеньем собственного изготовления (и пусть они помогают его готовить, даже самые маленькие это могут). Смотреть с ними  кино и обсуждать фильмы и книги (и прислушиваться к их оригинальному мнению, и поражаться их новому взгляду на старые истины).

Все надо делать вместе. Вместе с детьми.

С ними же всё гораздо интересней! Причём и с малышами, и с подростками, и со взрослыми детьми – с каждым по-своему. Они не мешают, а помогают. Просто надо всё делать вместе с ними – и уборку квартиры, и «готовку» еды. Они же буквально всё умеют, дай только возможность проявиться талантам. Не знаю, что бы я делала без старшей дочки и её по-настоящему ценных советов сейчас. Или без спокойной помощи старшего сына. Или без отчаянного правдолюбия среднего. А жизнерадостность  младшего? А тихая нотка печали средней дочки? А взрывы и фонтаны чувств младшей? Это её: «Любовь – медаль за счастье!»

Нет, я не против похода родителей в кино или приятной вечеринки, если она сама собой устроилась. Но делать трагедию из того, что не получается «спихнуть» на кого-то детей, я бы не стала. Мы жили пятнадцать лет без родителей, без няней и прочих подпорок, но относились к этому без истерик и учились отдыхать вместе с детьми. Друзья приходили к нам часто по вечерам – и с детьми, и бездетные, и всегда было весело, и всегда находилось и время, и место: если у вас есть комната и кухня, то кухню занимают взрослые, а комнату – дети (так безопаснее).

Дети имеют свойство расти

Мне кажется, родителям вполне хватает времени после девяти часов, когда все дети лежат по кроватям, чтобы насладиться обществом друг друга. Да, мы не ходили в кино и театр все эти пятнадцать лет – только в храм по воскресеньям.  Но дети имеют свойство расти, и когда старшей  уже достаточно много лет, она может посидеть с малышами. Это нормально. Я бы сказала – это компенсирует. Мы «вышли из затвора» не так давно, но почти ничего не пропустили: все фильмы можно скачать и посмотреть дома в хорошем качестве, а новинки теперь мы смотрим в кинотеатре. Что касается книг, их, слава Богу, можно читать независимо от количества и возраста детей, и это большая удача!

Не делать из детей божество

Вот только не надо делать из детей фетиш. Конечно, и детоцентризм ничем не лучше первой крайности. Жизнь ради детей. Дети как смысл существования.  Цветы жизни, к которым нельзя и прикоснуться. Жить с детьми – это вовсе не значит ставить их на пьедестал и молиться им, как своему божеству. Посвящать жизнь ребёнку или проживать её вместе с ним и его братьями и сёстрами – это две очень большие разницы, по-моему. Всё должно быть на своих местах. И почему-то легче всего это осуществить, если в семье не один ребёнок. Как только у меня родился второй, куда делись все истерики старшей и все недоумения по поводу того, как её занять или ублажить. Просто она стала помогать мне – гладить пелёнки, приносить одежду для малыша, мыть посуду. Не надо бояться доверять детям, и всё это пойдёт только на пользу.

А правда – почему бы не жить гармонично? Почему не считать семью сообществом родителей и детей – таким сообществом, где каждому хорошо и приятно на своём месте? Где мама и папа получают удовольствие от рождения новых малышей, от их игр, от их детского смеха, от их милого лепета и умных мыслей? Ведь это действительно здо́рово! А дети с удовольствием общаются с родителями и делятся избытком своих эмоций. Это весело, это приятно, это не разрушает и не убивает супружеские чувства, а подпитывает их новыми впечатлениями.

Вместе переживем любое горе!

Конечно, семейная жизнь – это не сплошные радости и удовольствия. Но пережитые с близкими печали не превращаются в неизбывное горе. «На миру и смерть красна», – мне кажется,  сказано об  этом. Очень многое зависит от того, поддержали ли тебя  в трудную минуту, остались ли на твоей стороне, когда все отвернулись, помогли ли справиться с горем или болезнью. И чем больше в семье народу, тем большую моральную поддержку ты можешь от них получить.

Сейчас  те малыши, что лежали у меня на ручках беспомощные и уязвимые, стали взрослыми людьми. Старшая дочь уже работает журналистом в Москве, создала свою собственную семью. Старший сын учится на третьем курсе медуниверситета. И как же приятно слышать от них, что всё то, чему я их учила в детстве, они до сих пор помнят и ценят: и в личной жизни, и в работе.

Катя (старшая дочка) как-то призналась: «Когда мы ссоримся с мужем, я всегда вспоминаю тебя и думаю: что бы ты сделала в этом случае».  А Георгий недавно признался, что выбрал профессию врача, когда помогал мне ухаживать за больными братьями и сёстрами.

Иногда нам кажется, что дети отрываются от нас с корнями и идут своей собственной дорогой, но на самом деле эта дорога – лишь ещё одно ответвление нашей собственной: всё, что ребёнок перенял от нас, всё, чему научился, помогает ему в пути (или мешает – в зависимости от того, какой груз он несёт). В любом случае, родительство – это не страшно, и нам не стоит бояться ответственности, ведь всё это естественный ход событий, нормальная жизнь православного человека.

Как можно ближе…

Несколько лет назад меня положили на операцию. Длилась она дольше, чем рассчитывали, а муж, оказывается, все эти часы ходил вокруг больницы – ждал врача, чтобы спросить, как всё прошло. А день был холодный, штормовой, больница возле моря. Зима в Севастополе – это всё равно зима. Можно было просто поехать домой и позвонить потом в больницу. Но он хотел быть рядом. Совсем рядом. Как можно ближе. И я это чувствовала. Это важно. Это лечит. И ещё я поняла, как сильно он волновался – он, который всё это время поддерживал меня и казался совершенно спокойным и даже отрешённым. Он не хотел показать мне, что переживает, чтобы меня не пугать. А я-то про себя удивлялась, что он не осознаёт, как всё серьёзно.

Потом муж и дети приезжали ко мне каждый день, а ехать было на другую сторону – на Северную (с седьмого километра). Не близко. Сначала наша семейка испугала дежурную: «Вы что, все к одной?» А потом нам разрешили общаться на площадке лестницы чёрного хода, потому что в том помещении, которое обычно использовали посетители, для нас не хватало места. Да и шума было много: когда шестеро детей (семеро – у Кати уже был муж Фёдор) и их папа одновременно пытаются рассказать тебе все новости, тихо не получается. Но, скажу я вам, это и правда лечит получше всяких уколов и таблеток!

И как мне вспомнились тогда все мои мытарства в роддомах, все эти трогательные малыши, которые лежали один за другим у меня на животе. Они стали теперь взрослыми и сильными  – БОЛЬШИМИ людьми... Нет, и дети – не гости в нашем доме, и мы им не хозяева, мы просто живём вместе, и нам интересно так жить! Потому что чем больше голосов, тем причудливей эхо.

Юлия КОМАРОВА

Публикация сайта Симферопольской епархии

Поделитесь этой новостью с друзьями! Нажмите на кнопки соцсетей ниже ↓
Яндекс.Метрика