Московские святыни

25.10.2014 Московские святыни

Трогательное сказание связывает чудотворную Иерусалимскую икону Богоматери с именем святой Марии Египетской. Оно повествует, что именно перед этим образом в душе Марии произошел благодатный перелом, который увел ее в жгучую заиорданскую пустыню и многими трудами и подвигами обратил прежнюю грешницу в великую праведницу, просиявшую пламенем своего покаяния на все века.

Происшедшее в давние дни осталось верным и для позднейших времен: милости, изливаемые Богоматерью через честной образ, касались мирной жизни людей, личных исцелений душевных и телесных.

Святая икона была создана очень давно. Как гласит предание, ее написал в Гефсимании, в пятнадцатое лето по Вознесении Господнем, святой апостол Лука, вдохновенный певец Богоматери, творения которого запечатлены глубоким богословским содержанием и особой, им присущей, мощной и благоговейной выразительностью.

Перенесенная в Иерусалим икона пробыла там в течение четырех с половиной веков, и лишь в 453 году греческий царь Лев Великий перенес ее в Царьград и поместил в храме Богородицы, называвшемся «Пигия», то есть «Источник». При царе Ираклии ее переместили во Влахернскую церковь, где она пробыла 300 лет. до времени царя Льва IV Философа, при котором было нашествие руссов на Византию. Тогда святыню переправили в более безопасное место, в древнюю греческую колонию на побережьи Азова — Корсунь, нынешний русский город Херсон. В X веке святой Владимир покорил Корсунь и при крещении получил в дар Иерусалимскую икону Божией Матери; он взял ее с собой в Киев, а по обращении в христианство новгородцев даровал им эту великую святыню. Более пятисот лет хранили ее у себя новгородцы, но в 1571 году Иоанн Грозный покорил Новгород и приказал перенести икону в Москву, в Успенский кремлевский собор. Во время Отечественной войны 1812 года французы вывезли образ в Париж, где он и оставался до последнего времени в Соборе Парижской Богоматери. Вместо него, в Успенском соборе за патриаршим местом был поставлен верный старинный список, находившийся в дворцовой церкви Рождества Пресвятой Богородицы, что на «Сенях».

Кроме указанного, в Москве славится еще несколько чудотворных списков с Иерусалимской иконы, из них один, наиболее прославленный, находится в Измайлове.

В двух верстах от Семеновской и Преображенской застав, там, где ныне раскинулся рабочий городок им. Баумана, прежде был остров, окруженный речкой Серебровкой и прудами. Это место в XVI веке было излюбленной царской дачей. Впервые Измайлово упоминается в «Писцовых книгах» за 1571—1574 годы, а также значится в приходной книге Патриаршего приказа за 1640 год. Состояло оно из дворцов и брусяных теремов с низкими покоями в одно жилье, в которых помещалось до 3 000 дворцовых служителей. В северной части дворца были расположены поварни, медоварни, винный завод, «приспешни» и запасные погреба, где хранился «царский кус» и разные напитки. На одном из многочисленных прудов, выкопанных Алексеем Михайловичем, стояла мельница «Серебриха»; кругом дворца им были разбиты сады «регулярный», «виноградный», в котором делались опыты разведения виноградных лоз, и «тутовый» — с культурами шелковичных деревьев. Был также устроен стекольный завод, которым управлял «немец» Мингот. На полях сеяли хлеб разных сортов — свой и иностранный. Это была образцовая усадьба русских царей.

Существовал здесь и небольшой театр, а на западной стороне дворца был расположен зверинец со всякими птицами и зверями. Петр Великий, который родился в Измайловском дворце и подолгу живал в нем в детстве, часто водил из смежного Преображенского села в Измайлово свою потешную роту, на широком дворцовом дворе делал «экзерциции» и «стаивал в шатрах под рощею».

Дворец примыкал к величественному каменному собору, законченному постройкой и торжественно освященному патриархом Иоакимом 1 октября 1680 года в присутствии царя и его семьи. Причем образцом для его зодчества послужил Успенский собор в Кремле. Для новозданного храма сделали точный список с Иерусалимской иконы Божией Матери, впоследствии прославившийся множеством чудотворений.

Имеются указания, что в большие праздники и нарочитые дни в Измайловском соборе нередко совершали с большой пышностью службы патриархи Иоаким и Адриан, а также св. Димитрий Ростовский.

С перенесением столицы в Петербург Измайлово было покинуто, огромный брусяной дворец с теремами сломан, пахотная земля отдана крестьянам, все хозяйственные строения оставлены в запустении, хотя псовая охота все еще поддерживалась, и в зверинце до 1812 года еще водились звери. Островский лес, некогда непроходимый, рощи и пруды до времени Екатерины слыли заповедными, но потом и они изменились. С годами пришел в ветхость также и величественный Измайловский собор, и тогда чудотворный образ был оттуда взят и перенесен в приходскую церковь села Измайлово. В 1850 году, по проекту архитектора Тона, собор был возобновлен, на месте дворцов были возведены каменные корпуса богадельни для увечных и престарелых воинов, с трех сторон примкнувшие к храму, а древняя башня, в которой некогда происходили заседания Царской думы и Сената, была обращена в колокольню. Честный образ был возвращен обратно и снова поставлен в возобновленном храме. Впоследствии на месте богадельни был устроен, как было указано, рабочий городок, и икона была вторично перенесена в приходскую церковь Рождества Христова села Измайлово. Церковь эта, построенная в 1644 году и закончившая в истекшем году трехсотлетие своего существования, — пятиглавая с шатровой колокольней, очень живописная.

В ее правом, Казанском, приделе находится и по сие время чтимый образ (в левом, Никольском, стоит список с него). Икона благодаря своим размерам (3 аршина в высоту и 2½ в ширину) очень тяжела: восемь человек с трудом могут ее нести. Она сделана на вырезе на левкасе; по бокам находятся изображения апостолов, а внизу— святых мучеников Меркурия, Георгия и Прокопия.

По времени написания она, видимо, относится к концу XVII или началу XVIII века. Особенности ее заключаются в том, что Богоматерь держит Младенца не на левой, а на правой руке, глава Ее тоже наклонена вправо; кроме того, персты благословляющей десницы Спасителя сложены именословно.

Если вникнуть в содержание образа, то оно раскрывается с трогательной прелестью и простотой. По начертанию — это Одигитрия, напоминающая Тихвинскую, Смоленскую и, пожалуй, ближе всего стоящая к столь чтимой всеми Иверской, но с той коренной разницей, что величие и царственность, свойственные этим иконам, особенно Иверской, в иконе Иерусалимской не так явственны; они поглощены проникновенной всепрощающей любовью, которой дышит образ. Взор Богоматери, полный тепла и сострадания, устремлен на молящегося. Лик, освещенный тихой улыбкой, склонен к Богомладенцу, ласково обратившемуся к Матери. Владычица, как бы внимает Его речи, рука Ее поднята навстречу благословлящей деснице Спасителя, готовая принять милость и передать ее просящему. Воистину перед нами Честнейшая Ходатаица, милующая всех, всеобщая Мать, которой у Креста был усыновлен весь мир. Икона невыразимо привлекательна; она оставляет незабываемое впечатление всесильного и всеобъемлющего милосердия.

В 1866 году святыню в крестном ходе носили в села Ногатино, Новинки и Дьяково, близ Коломны, где вспыхнула было холера. С тех пор и повелся обычай ежегодно после Пасхи поднимать чудотворную икону и с крестным ходом носить ее по всей округе в течение лета, вплоть до дня празднования ей, совершаемого 12 октября.

Другая чтимая икона Иерусалимской Божией Матери находится в церкви св. Ильи Пророка, что в Черкизове.

Село Черкизово ныне вошло в черту города, а прежде это была подмосковная вотчина св. Алексея, Митрополита Московского, который, по выражению летописных записей, «на свое серебрецо купил Черкизово сельцо».

В позднейшее время Черкизово особенно любили Митрополиты Московские Тимофей и Платон, часто отдыхавшие там от трудов на архиерейской даче, летней резиденции московских митрополитов.

Неподалеку от Митрополичьей рощи, на берегу пруда, сохранившего до сих пор название «Патриаршего», на взгорье, покрытом купами Деревьев, красиво спускающимися к самой воде, стоит древний храм, окруженный небольшим кладбищем. Он одноглавый, снаружи украшен кокошниками и в своей основе является образцом чистых и прекрасных форм зодчества XVI века. Внутри церкви сохранилось много старинных икон московского письма той же эпохи (XVI века), особенно во втором ярусе иконостаса главного алтаря, с правой стороны которого и находится икона Иерусалимской Божией Матери, убранная множеством цветов и лампад и перенесенная сюда из Покровской общины сестер милосердия. Местно чтимый образ Владычицы Иерусалимской находится также еще и в Воскресенской церкви в Филипповском переулке, а равно и в других московских церквах.

Т. М. БОГОСЛОВСКИЙ

Публикация «Журнала Московской Патриархии»
(№03 март 1945)


 

 

 

Поделитесь этой новостью с друзьями! Нажмите на кнопки соцсетей ниже ↓