RSS

При поддержке Управления делами Московской Патриархии

Царский подарок

13.11.2017

4.png

В наше время потомки священнических родов обычно и не знают о своих предках – так много было убито их за веру, так сильно, на всю жизнь, были напуганы их родственники, что память о предках, служивших в храме, просто стерлась во многих семьях. И как много сил требуется нашим современникам на то, чтобы узнать, кем были их предки, сколько архивных дел приходится пересмотреть, сколько времени потратить... Тем удивительнее появляющиеся во время таких поисков практически из небытия истории, подтверждающие неясные семейные легенды. Одной из таких семейных легенд была история о деде-священнике, погибшем в годы гражданской войны, о его встрече с царевичем Алексеем и подаренных священнику золотых часах из Кабинета императора, а также о созданной этим священником удивительной модели строящегося храма.

 

Вместо вступления

Эти записки я написала о своем деде, священнике Уфимской епархии Николае Васильевиче Милицине, сведения о котором открылись совсем недавно. Пришлось приложить немало усилий, чтобы восстановить историю нашей семьи, которая была практически «разорвана» после того, как в 1919 году в Уфу вошли войска Чапаева. Моего деда арестовали; говорили, что его расстреляли. Вскоре умерла от голода его жена, моя бабушка. Восемь детей остались круглыми сиротами. Моей маме, Надежде, было три года, родителей она не помнила. Старшие дочери, Ангелина и Елена, которым в 1919 году было пятнадцать и тринадцать лет, были так напуганы происшедшим, что лишь спустя десятилетия рассказали младшим, кем были их родители. Никаких документов у детей не сохранилось, кроме нескольких фотографий, сделанных в известном уфимском фотоателье О.Ф. Германа. Говорили, что фотограф Герман был двоюродным братом матери, Юлии Львовны. Подписи на этих фотографиях спустя более чем сто лет помогли мне найти моих родных.

Моя мама начала искать своего отца в 1994 году, посылая запросы в Уфимскую епархию и архив. Но сведений было очень мало. В дальнейшем поиски продолжила я. Живу я в Подмосковье, поэтому все лето 2015 года я провела в Российской государственной библиотеке (бывшей «Ленинке»), штудируя Оренбургские и Уфимские епархиальные ведомости, Адрес-календари и Справочные книги Оренбургской и Уфимской губерний, потом начала посылать запросы в архивы. Послужной список моего деда я восстановила по «Уфимским епархиальным ведомостям», и теперь у нас есть практически полная история его жизни. Я писала запросы в архивы Уфы, Оренбурга, Челябинска, Перми, Кирова, Санкт-Петербурга, в краеведческие музеи Куртамыша, Чердыни, Сарапула. Благодаря найденным в архивах документам удалось очень много узнать о моих родных – я даже не надеялась, что это возможно.

Поиски оказались неимоверно интересным и захватывающим расследованием о людях и событиях более чем столетней давности. Я нашла не только родителей моих деда и бабушки, но и их дедов и бабушек. Буквально из небытия восстала история нашей семьи, которая была одновременно и историей России.

Благодаря выявленным в Российском государственном историческом архиве (РГИА) документам из архива Государыни Александры Феодоровны была полностью подтверждена передававшаяся в нашей семье из уст в уста «царская» история строительства храма в селе Михайловка (Рухта) Бирского уезда Уфимской губернии. Я считаю своим долгом написать о моем деде и об удивительной истории строительства храма в Михайловке, чтобы знали о ней не только родственники отца Николая Милицина, но и все православные люди, интересующиеся историей.

 

История фамилии

Милицины – старинный священнический род. В нашей семье говорили, что предки Милициных жили на Украине и переехали в уральский регион после издания Царских Указов об освоении восточных земель. История рода Милициных оказалась тесно связанной с историей присоединения к Российской империи новых восточных территорий.            

Распад Золотой орды в конце XV века открыл дорогу Русскому государству на восток и юго-восток, при этом жизненно важным было закрепление на новых территориях. По мере продвижения на восток строились линии обороны – Старая, а потом Новая Закамские линии; в 1736 году было начато строительство Оренбургской линии обороны. По царскому указу 1736 года со старых пограничных линий были собраны люди «прежних служб» и направлены в Оренбургский край. Помимо активного переселения в Уральский регион казаков, сюда же были направлены и отряды Ланд-милицких войск, изначально созданные Петром I на Украине для обороны южных границ империи от набегов крымских татар и поляков.

Сопоставив рассказы наших родных о том, что Милицины появились в уральском регионе после начала активного освоения этих земель и приехали с Украины, а также историю появления Ланд-милицких войск на Оренбургской оборонительной линии, я предполагаю, что Милицины были священниками в Ланд-милицких Украинских полках (в каждом таком полку был священник). После того, как полки эти перевели с Украины на Закамскую, а впоследствии на Оренбургскую линию, вместе со своими полками были переведены и священники. Фамилия «Милицин» появилась как определение места их служения.

Первые Милицины на Урале появились в Челябинском уезде Оренбургской губернии в середине XVIII века, а оттуда расселились по вновь построенным поселениям прилегающих территорий. Первые документальные свидетельства о священниках Милициных на Урале (те, что есть у меня) относятся к 1773 году: они служили в Крестовоздвиженской церкви Звериноголовской крепости Уйской линии обороны, входившей в Оренбургскую линию, в Крутоярской крепости, в слободе Куртамыш. Есть упоминания о Милициных в «Ревизских сказках о священно- и церковнослужителях города Уфы и уезда» 1811 и 1816 годов.

В годы послереволюционных гонений на церковь из рода Милициных просиял священномученик Василий Стефанович Милицин, расстрелянный в 1918 году в городе Камышлове. Священномученик Василий Милицин канонизирован Архиерейским Собором Русской Православной Церкви по представлению Екатеринбургской епархии в 2000 году. В Базе данных пострадавших за веру, который составляется в Православном Свято-Тихоновском гуманитарном университете, есть имена двух его братьев – Виталия Стефановича и Александра Стефановича Милициных. Имя моего деда, Николая Васильевича Милицина, также внесено в эту базу данных.

 

Поиски прадеда

К началу поисков я уже знала, что в Оренбургской губернии было много священников Милициных, поэтому искать прадеда Василия Милицина я начала в Российской государственной библиотеке «перерывая» Оренбургские епархиальные ведомости с начала их издания в 1873 году.

Перечитывая это издание, я узнала, каким мощным и славным был священнический род Милициных, и была просто потрясена! Все они – Павлы, Стефаны, Виталии, Николаи, Андреи, Тихоны, Аполлинарии, Львы – священники, диаконы, псаломщики, уходившие вглубь и вширь времени по их многочисленности, стали родными для меня. Я поняла, что такое род. Когда знаешь, сколько людей жили до тебя – людей твоей фамилии и твоей крови – история становится живой. Так как я не могла потерять ни одно из этих имен, то по материалам «Оренбургских епархиальных ведомостей» составила список церковно- и священнослужителей этой епархии с фамилией Милицин.

В ОЕВ я нашла имя священника Василия Михайловича Милицина, служившего в церкви Куртамыша, который идеально подходил по возрасту в отцы моему деду. Но после того, как я получила ответ из Челябинского архива, кандидатура этого священника отпала, т.к. у него не было сына Николая.

Я поняла, что надо смотреть не только «Епархиальные ведомости», но также Адрес-календари и Справочные книги Оренбургской и Уфимской губерний, т.к. возможно, мой прадед не был священником. Это предположение впоследствии подтвердилось: имя его я нашла в «Справочной книжке Оренбургского края на 1871 год». В Уфимской почтовой конторе в 1871 году служил счетный чиновник Василий Павлович Милицин. Я послала запрос в Уфимский архив, и мне прислали «Формулярный список чиновника Уфимской почтовой конторы Василия Павловича Милицина», в котором содержались не только сведения о его перемещениях по службе, но и состав семьи! У этого Василия был сын Николай, и это был мой дед, что впоследствии полностью подтвердилось другими найденными документами.

Итак, мой прадед Василий Павлович Милицин, сын священника, учился в Самарском духовном училище, но не закончил его, вышел из духовного сословия и поступил на службу в Уфимскую почтовую контору. 3 ноября 1875 года Василий Павлович женился на священнической дочери Клавдии Витальевне Феофилактовой (нашлась метрическая запись об их венчании в Свято-Троицкой церкви Саткинского завода Уфимской губернии).

Нашли в Уфимском архиве и метрическую запись моего деда. Он родился 5 сентября 1876 года в Уфе и был крещен в Градо-Уфимской Спасской церкви 8 сентября 1876 года.

В 1878 году Василия Павловича перевели в Пермь, а оттуда – в Чердынское почтовое отделение почтмейстером, где он дослужился до чина титулярного советника. Однако 12 января 1883 года мой прадед умер в возрасте 38 лет «от аневризмы». Умер он через пять месяцев после смерти новорожденного сына Виталия. После смерти мужа его вдова возвратилась с детьми из Чердыни в Уфу. Николаю было в 1883 году шесть лет, Людмиле – четыре года, Герману – два года.

 

Учеба

В 1886 году Николаю было десять лет, в этом возрасте детей отдавали учиться. Я так и не нашла документов, подтверждающих, где учился мой дед. Он не учился: в Уфимском духовном училище, в Уфимской духовной семинарии, в Уфимской мужской гимназии. Скорее всего, он окончил Уфимское уездное училище, впоследствии переименованное в Уфимское городское 4-классное училище, так как это же учебное заведение окончил его младший брат Герман.

Дальнейший мой рассказ основан на сведениях из Уфимских епархиальных ведомостей, штудируя которые, я составила практически полный послужной список моего деда. Судя по полученным данным, несмотря на светское образование, мой дед решил стать священником. По-видимому, кровь дедов и прадедов, священников Милициных и Феофилактовых (Феофилактовы – старинный род священников Вятской епархии, из которого происходила мать Николая), не пустила его пойти по пути гражданского служения, и он решил восстановить священство рода.

В 1894 году имя моего деда Николая Милицина впервые появляется в «Уфимских епархиальных ведомостях»: «Послушник Уфимского Успенского мужского монастыря Николай Милицин, согласно резолюции Его Преосвященства от 8 марта 1894 года, допущен к исправлению должности псаломщика, впредь до усмотрения, к Богородицкой церкви с.Быкова, Уфимского уезда».

 

Семья

В 1897 году Николай был переведен в Пантелеимоновскую церковь села Симбугино. Во время служения в там состоялось важнейшее событие в жизни Николая: он женился.

Старшие дочери Милициных говорили, что их мать звали Юлией Львовной фон Диц и что происходила она из рода баронов фон Диц. Но когда нашлась метрическая запись о венчании, оказалось, что невесту моего деда звали Юлия Даниловна Беккаревич. Откровенно говоря, это известие повергло нас в шок, ведь даже в свидетельстве о рождении моей мамы ее мать была записана как Юлия Львовна. Но сомнений в том, что эта метрическая запись о венчании именно наших родных не было: венчание состоялось 16 января 1900 года в Градо-Уфимской Успенской церкви, и именно эта дата стояла на обороте сохранившихся у нас свадебных фотографий.

 2.png

Венчание. Уфа. 16 января 1900 года

Так, спустя более чем сто лет, я узнала имя моей бабушки! Юлия Данииловна происходила из рода польской шляхты, высланной на Урал после присоединения к России территорий Белоруссии и Польши. Бароны фон Диц были ее предками по линии отца. Впоследствии мне удалось найти родного брата Юлии Данииловны, писателя Николая Данииловича Беккаревича, произведения которого, опубликованные в дореволюционных журналах «Русское богатство», «Русская старина», «Исторический вестник», «Артист», «Театрал» помогли мне найти сведения о семье Беккаревичей. Так, из воспоминаний Николая Данииловича «Оренбургские пожары 1879 года» («Исторический вестник» 1904 г., ноябрь) я узнала, что его младшая сестренка (моя бабушка Юлия!) родилась в Оренбурге. Я послала запрос в Оренбургский архив, и там нашли метрические записи о ее рождении, о рождении ее брата Николая и о венчании родителей Николая и Юлии.

Польская шляхта, к которой принадлежал род моей бабушки, стала элитой уральского региона – это были врачи, учителя, чиновники, священники, много сделавшие для развития региона.

 

Начало священнослужения

29 августа 1900 года состоялось еще одно важное событие в жизни Николая Милицина: он был рукоположен во диакона. Рукополагал Николая владыка Антоний (Храповицкий), епископ Уфимский, будущий митрополит Киевский и глава Русской Православной Церкви За границей.

В 1902 году отец Николай Милицин был переведен из Симбугина в Уфу. Во время служения деда в Никольской Градо-Уфимской церкви, 12 марта 1903 года, родилась старшая дочь Милициных Ангелина. В 1903 году диакон Николай Милицин был перемещен к Троицкой Градо-Уфимской церкви. В период служения здесь 14 марта 1904 года у Милициных родилась вторая дочь, Елена. Во время служения в Градо-Уфимской Иоанно-Предтеченской церкви 2 августа 1906 года родился Василий, названный, конечно же, в честь своего деда, Василия Павловича Милицина.

8 февраля 1907 года отец Николай был определен к Крестовоздвижеской церкви Уфы. В семейном архиве сохранилась фотография от 19 июня 1907 года, в это время дед был диаконом Крестовоздвиженской церкви. На ней запечатлены он сам, Юлия Данииловна и трое детей, родившихся к тому времени, – Ангелина, Елена и Василий.           

3.png

Семья диакона Крестовоздвиженской церкви Николая Милицина 19.06.1907 г.

 Когда в марте 1909 года диакон Крестовоздвиженской церкви Николай Милицин был рукоположен во священника, ему было уже 32 года. Отец Николай принял священнический сан не юнцом, только что окончившим семинарию, но мужем, который долго и упорно шел к своей цели.

Сложность пути Николая Милицина состояла в том, что его отец вышел из духовного звания. Сам он получил не духовное, а светское образование, что задержало его рукоположение. Поэтому Николай Милицин шесть лет был псаломщиком и девять лет диаконом, прежде чем был рукоположен во священника. Его пятнадцатилетний путь ко священству потребовал терпения, смирения и настойчивости. Сохранившаяся в нашем архиве фотография от 2 мая 1909 года снята вскоре после рукоположения.

 

Михайловка-Рухта

После рукоположения, согласно прошению, 17 марта 1909 года молодой священник был определен на штатное священническое место к Михаило-Архангельской церкви села Михайловка (Рухта) Бирского уезда, которое было одним из беднейших в Бирском уезде, и дед, конечно же, знал это, когда подавал прошение об определении в это село. В Михайловке он стал настоятелем церкви и заведующим местной церковно-приходской школой. Здесь у Милициных родились два сына – Константин (1909) и Николай 1910 г.р., которые были крещены в Михаило-Архангельской церкви с.Михайловки (Рухты).

Церковь в Михайловке была малопоместительная и ветхая. Молодой священник обратился к епархиальному начальству с ходатайством о разрешении строительства нового храма. Разрешение было получено, был получен и проект-план будущей деревянной церкви, составленный уфимским губернским архитектором Михаилом Даниловичем Скловским. Однако приход был очень бедный, и денег на строительство не хватало.    

Прослужил мой дед в Михайловке всего два года, и был перемещен в село Иглино Уфимского уезда. Но всей душой он был вместе с храмом, строительство которого было им инициировано. Он продолжал беспокоиться о строящейся церкви, приложив к этому все свои силы и способности.

 

Подтверждение семейной легенды

В нашей семье из уст в уста передавался рассказ о модели церкви, которую сделал мой дед своими руками. По рассказам дочери Елены, макет был выполнен очень искусно – из дерева и настоящих, только очень маленьких обожженных кирпичиков, изготовленных самим отцом Николаем. Внутри был устроен живописный иконостас, висело паникадило, зажигались лампадки; была сложена маленькая печечка, которую можно было растопить, и даже налажена печная тяга. Весь макет складывался в чемоданчик, который можно было перевозить. Когда открывали чемоданчик, модель раскладывалась – вырастал храм. Говорили, что модель эту дед подарил лично цесаревичу Алексею и был пожалован золотыми часами из Кабинета Государя и деньгами на строительство храма.

Я решила проверить эту семейную легенду и написала запрос в Российский Государственный Исторический Архив (РГИА) в Санкт-Петербурге с просьбой выявить, нет ли в архиве сведений о священнике Николае Васильевиче Милицине. Оказалось, что в двух фондах – в архиве Государыни Императрицы Александры Феодоровны и обер-прокурора Святейшего Синода – нашлись дела о моем деде. Это были документы об аудиенции у цесаревича, которой удостоился мой дед, о подаренной сыну императора Николая II модели церкви, о награждении золотыми часами, о пожертвовании на строительство церкви в Михайловке (Рухте). Копии этих дел мне выслали, и вот, спустя 104 года, у нас есть документальные свидетельства, подтвердившие семейные рассказы.

В деле была даже фотография макета, сделанного руками моего деда и подаренного царевичу Алексею!!! Рассказы детей отца Николая полностью подтвердились.

6.png

 

Аудиенция у царевича

По документам из архива я восстановила хронологию этих необычайных событий. Итак, история с аудиенцией развивалась следующим образом: отец Николай, сделав своими руками модель строящейся в Михайловке (Рухте) церкви, очень хотел преподнести эту модель в дар цесаревичу Алексею Николаевичу, приурочив это ко дню тезоименитства Его Императорского Высочества 5 октября 1912 года.

16 мая мой дед пишет письмо в Канцелярию Государыни императрицы Александры Феодоровны с просьбой позволить преподнести в дар наследнику сделанную своими руками модель церкви. 23 мая граф Ростовцев пишет на прошении резолюцию: «Запросить отзыв Уфимского губернатора».

5.png

Подарить модель ко дню тезоименитства царевича Алексея о.Николай не смог, т.к. отзыв губернатора Башилова был отправлен из Уфы только 30 октября 1912 года и поступил в Канцелярию императрицы 3 ноября 1912 года. На отзыве уфимского губернатора рукой графа Ростовцева написано: «Ея Величество изволила разрешить поднести модель церкви, по получении коей выслать 300 рублей из сумм благотворения на постройку церкви. В Царском Селе 23 ноября 1912 года. Граф Ростовцев».

7 декабря 1912 года губернатор сообщил священнику Михаило-Архангельской церкви села Иглино Уфимского уезда, что согласно ходатайства Милицина, императрица Александра Феодоровна всемилостивейше соизволила разрешить о. Милицину поднести наследнику Цесаревичу исполненную им модель сельской церкви, каковую о.Милицину надлежит представить в Канцелярию Ее Императорского Величества (Санкт-Петербург, Зимний дворец).

В виду сего священник Милицин обратился к епископу Уфимскому и Мензелинскому Михею с ходатайством о предоставлении двухнедельного отпуска для поездки в столицу. 4 февраля 1913 года о. Николаю выдан отпускной билет сроком на две недели – до 18 февраля.

14 февраля 1913 года в записке на имя императрицы граф Ростовцев написал, что священник села Иглино Уфимского уезда Николай Милицин явился в Канцелярию Государыни и заявил, что был бы весьма счастлив лично преподнести исполненную им модель церкви цесаревичу.

Прочитала Александра Феодоровна это послание 16 февраля 1913 года в Царском Селе и позволила священнику лично преподнести модель церкви царевичу Алексею. Какого числа состоялась аудиенция, в документах не было указано. Думаю, произошло это 17-18 февраля в Александровском дворце Царского Села, где постоянно проживала семья Николая II. В начале 1913 года, когда состоялась аудиенция, царевичу было восемь лет.

7.png

19 февраля 1913 года граф Ростовцев пишет уфимскому губернатору о том, что по отзыву его от 30 октября 1912 года государыня пожаловала на нужды строящейся церкви в селе Михайловка (Рухта) Павловской волости Бирского уезда триста рублей. 22 февраля 1913 года во исполнение воли императрицы пожертвование было отправлено с Почтамта Санкт-Петербурга на адрес губернатора, а граф Ростовцев просит того выслать в Канцелярию Ее Величества расписку Комитета по постройке церкви о получении пожалованных Государыней средств. 26 марта 1913 года расписка Комитета была представлена в Канцелярию.

 

Золотые часы из Кабинета Государя

28 февраля 1913 года граф Ростовцев испросил соизволения Государыни на объявление священнику Милицину благодарности от Августейшего наследника цесаревича имени и на пожалование ему золотых часов с гербом за счет средств Его Величества. На представлении графа Ростовцева собственною Ея Величества рукою начертано: «Согласна».

О получении часов мой дед написал в письме в Канцелярию императрицы 19 марта 1913 года.

 8.png

Письмо о. Николая Милицина
в Канцелярию Ее императорского величества о получении часов

В «Уфимских епархиальных ведомостях» за 1913 год была опубликована заметка «Царский подарок». Вот она:

 «В феврале 1913 года священник села Иглино Уфимской губернии Николай Милицин удостоился лично преподнести Государю Наследнику Алексию Николаевичу изящную модель строящейся в селе Михайловке Бирского уезда деревянной церкви. За таковое подношение о.Николай Милицин удостоился получить благодарность от Имени Августейшего Наследника Цесаревича, а Государыней Императрицей Всемилостивейшее пожалован золотыми с цепочкой часами, с изображением Государственного герба, из кабинета Его Величества. Дорогой Царский подарок был препровожден счастливому о.Милицину при соответствующем отношении заведывающего канцелярией Ее Величества графа Ростовцева (от 11 марта за № 2529). На новостроящуюся церковь, модель которой была преподнесена о.Милициным Государю Наследнику, Всемилостивейшее выдано от Монарших щедрот 300 рублей».

Так, несмотря на то, что в 1913 году о. Николай был священником села Иглина, он все же добыл средства для того, чтобы храм в селе Михайловка-Рухта был достроен. Деньги на строительство были пожалованы Государыней императрицей Александрой Феодоровной.

Подарок из Кабинета Его Императорского Величества был одновременно и предметом дарения и наградой. Более трети подарков составляли часы, практически все от фирмы «Павел Буре». Отличительная особенность таких подарочно-наградных часов – «орел», государственный герб на крышке. Запись о пожаловании шла в Послужной список с указанием, за что было произведено награждение.

Конечно, о поездке в Петербург в семье говорила очень много. Подтверждается это тем, что старшие дочери батюшки, несмотря на тот ужас, который они испытали после ареста отца, все же рассказали младшим детям об этих незабываемых событиях.

Продолжение рассказа об отце Николае Милицине, его участии в праздновании 300-летия Дома Романовых и начавшемся после революции крестном пути следует….

Лариса РУДАКОВА

  

 

 

 

 

 

 

Поделитесь этой новостью с друзьями! Нажмите на кнопки соцсетей ниже ↓